Эхо чужих слов

  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
01:23 

Сказка на ночь
Первый залп был похож на пощечину,
второй разорвал плечо,
а от третьего стало в груди моей горячо.
И пока я лежал на земле и царапал ногтями ее,
и пока я сквозь крошку зубную выхаркивал имя твое,
и пока я не знал,
почему же я все-таки жив до сих пор,
твои братья с отцом
несли заступы, пару ножей и топор.
И веревку покрепче,
и крепкое слово, и сноп –
кукурузной соломы,
заткнулся навеки чтоб.
В поле пугало видно будет
со всех сторон.
Хрип особо звучит,
когда давит сапог гортань.
И вишу я в плаще,
с соломою изо рта,
и на черную шляпу садится мне князь ворон,
говорит он – «Ну здравствуй, дружок, я пришел поесть.
Что ты хочешь за левый глаз?
Полагаю – месть».
Кукурузное поле в ночи шелестит. Меня,
знаю я, ты в условленном месте ждала три дня,
все гадала – неужто
тебя обманул, сбежал?
Ты воткнула в любовь
сомнений стальной кинжал.
Как прийти, если ноги прибиты к доске? Мне жаль.
Моя грудь вороньем исписана, как скрижаль.
Кукурузное поле я кровью полил сполна.

А когда третьей ночью на небе взошла луна,
и когда моя тень
предо мною упала ниц,
я по-новому мир узрел
из пустых глазниц.
И почувствовав силу в соломе, решил – раз так,
значит, самое время соскакивать мне с креста.
И пошел я, глазами черен,
а телом сер,
и на поле нашел я
оставленный кем-то серп,
и вопили сверчки, заглушая мои шаги…
Я уже возле дома, родная.
Беги! Беги.
Помнишь, раньше мы прятались, милая? Но теперь –
я открыто стучу
в дверь закрытую, наконец.
Я стучу, и едва с петель не слетает дверь,
чтобы слышали братья, и слышал бы твой отец.
«Уходи!» – мне кричат. – «Нечистая, уходи!» –
и опять горячеет от пули в моей груди,
и дрожащей рукой кто-то давит опять курок,
но солома – не мясо,
и я пересек порог.
Моя грудь вороньем исписана, как скрижаль.
Мы с серпом собираем особенный урожай.
Крики, кровь, кто-то снова выстрелил
из угла,
только толку-то? Смерти же нету
у пугала!
Я крыльцо разломал,
чтобы было на чем распять…
Был один в поле сторож,
теперь будет целых пять.
Целых пять!
Тучи скрыли луну,
не видать ни зги.
Пять четыре три два….

Я искать иду, да.

Беги.

© Kladbische

@темы: kladbische, Стихи

20:50 

Песнь Прощение

А затем Фонарщик затянул песнь-Прощение. Песнь, которую поют Дикие
над могилами и телами своих братьев, не важно, пали они в бою или умерли
от старости. Песнь странную и даже неподходящую для воинов. Ведь как воины
могут прощать своих врагов?


Мне лучше лежать,
Ведь все-таки я - мертвец,
И греет гнилью холодный склеп,
Ржавчиной пахнет доспех.
Снаружи веют другие ветра,
Не помнят они моих,
И мертвое знамя лежит на мне,
Словно без смеха - смех.
Улыбкой скалюсь - приди, мой враг!
Ты видишь, теперь я мертв,
Бояться нечего, быль такова,
Что ты пережил нас всех.
Я был последним, кто шел за тобой,
Забыв про сладость сна,
Жизнь прошла мимо, любовь прошла...
Отметим же твой успех!
Умей прощать, говорили мне,
Иначе не жить - а ждать,
И месть - это, в общем-то, тоже грех.
Как пить? Как любить? Как лгать?!
Мой склеп надежен,
Словно тюрьма, кладке износа нет,
Дубовых столбов поминальный ряд
Держит гранитный верх.
Лет вереница, червей приплод.
Что лучше считать? Как знать...
Скрипнула дверь. Да чтоб я истлел!
Меня пришли поминать.
Камень рычит, в знамя - молотом свет,
Мой враг? Почему мне не встать?!
Не дрогнули плечи, и рук - как нет...
...На грудь мне легли цветы.
Прости, сказал он мне,
Прости и - спокойно спать!
Я - тот, кто сумел пережить вас всех,
Теперь я умею прощать.
Хорошо, мой враг, ответил я,
Хорошо, да - я буду спать.
Как одуряюще пахнут цветы...
Спасибо. Пора умирать.
Осколки чести и павшим знак,
И склепа могильный вздох,
Прогнили столбы, мой любимый враг!
Выдержишь тяжесть плиты?!
Нам лучше лежать,
Ведь все-таки мы - мертвецы,
И греет гнилью холодный склеп,
Ржавчиной пахнут цветы.
(с) Вячеслав Доронин

@темы: Стихи, Песни

01:31 

А травля началась.
Подал сигнал вожак.
Оскалились вокруг
Пустые пешки.
На клетках - два ферзя:
любимчик и чужак.
Боготворён один,
другой в насмешках.

Забавно, что тебя
Я даже уважал,
Хоть постоянно был
Твоей мишенью.
Как странно...Не к тебе,
Я ненависть питал,
А к тем, кто был твоей
Безликой тенью.

Потехи ждет толпа.
Им нравится травить,
При этом заходя
Тебе за спину.
Но если ты решишь
Веселье прекратить,
То быстро потеряешь
Свою силу.

Решить бы глупый спор
За рюмкой коньяка,
И выругавшись крепко,
Как сапожник.
Как жаль, что ты не знал,
что титул вожака
Является синонимом
"заложник".

(с) Deacon

@темы: Стихи

00:24 

Наступает зима…Но, быть может, не стоит об этом?
Я листаю страницы, неспешно роняя слова …
Мы в пути затерялись, растаяли в дымке, и где-то
Потеряли ключи от надежды и от волшебства…

Просто что-то не так, что-то вдребезги бьётся меж нами,
В Королевстве (наверное, Датском), висит тишина…
Драпируется боль – не словами уже, а бинтами…
Мы сполна пригубили равнодушья и мести вина.

Что ж, расстанемся тут – без прощаний и прочих идиллий,
Позабудем навечно нелепую жажду тепла…
И на души примеряем шкуру холодных и скользких рептилий,
И попробуем быть равнодушно-бездумны, как в небе луна.

Только рвётся мотив сослагательный «If you…», и снова
Затопляется нежностью странно живая душа…
И неважно, что было вчера – завтра мы с полуслова
Всё, я верю, простим, на холодные пальцы дыша…
(c) Ничейная Кошка

@темы: Стихи

00:12 

Пока ты тут спрашиваешь у знакомых, как их дела,
Пока на работе сводишь балансы и аудит,
Она ему там долгожданного первенца родила.
Я пока что шучу, но она непременно родит.
Пока ты тут в диетический завтрак режешь памелу,
Пока снимаешь апартаменты в дворце-палаццо,
Она там ходит в его футболке на голое тело
И методично роняет вещи, чтоб нагинаться.
Пока ты на ленч выбираешь салат с тунцом,
Пока листаешь здесь новости бирж и стран,
Она там уже знакомит его с отцом.
Она выбирает чулки, закуски и ресторан.
Пока ты тут проживаешь будни и ждешь субботы,
Пока истощаешь себя до спасительных аневризм,
Она там правит его альбом, вырезая тебя из фото,
Меняет твои пейзажи на сюрреализм.
Когда ты себя изживешь до стадии лихорадки,
Когда подползешь к ноябрю уже еле хрипя,
У нее там начнутся потуги, случатся схватки.
И она назовет свою девочку в честь тебя.

(c) Высоцкая Марьяна

@темы: Стихи

03:10 

Был в отряде один паренёк –
Запевала для всех строевых.
И когда, было, валишься с ног,
И когда, вроде, к смерти привык,
И на марше, и если привал,
И когда биться насмерть приказ,
Он нам песню всегда запевал,
Ужас прочь прогоняя от нас.

В одну воду опять не войдешь.
В одно место две бомбы не бьют.
Но в ногах унимается дрожь,
Если рядом о доме поют.

И однажды, когда закипел
Мир вокруг от чужого огня,
Из окопа он вышел, и пел,
Страх долой от отряда гоня,
Сквозь осколков чудовищный град,
Словно пуля его не берет!
И за ним следом вышел отряд,
Как один – в лобовую. Вперед…

А потом ярость боя прошла;
И певец оказался седым.

Но я видел за ним два крыла,
Когда пел он, идя через дым.
Там, где холод и тяжесть сапог,
Где винтовка в ладони вросла,
Нам поет его голосом Бог,
И дорога не так тяжела.

© Kladbische

@темы: kladbische, Стихи

03:09 

Новое утро. Новые мысли про
Тщетность и мерзость всего. Толкотня в метро,
Слякоть, рутина, офис, дедлайн, отбой.
Ужин, халтура. Нет времени быть собой.
Ямы, заборы, соцсети, мороз, счета,
В эмоциях – нищета.
Полная тщета.
В микроволновке искусственная еда.
Мысли – а может, сдохнуть? Пожалуй, да.
Спать. Запустив "айдонтгивэфак точка ком",
Под одеялом сворачиваюсь клубком.
Жизнь – это пытка, давай уж начистоту...

Я просыпаюсь с криками и в поту!!! О, духи Леса, вот это кошмарный бред!
Не зря говорили, что на ночь бухать – во вред! Стряхнув с себя рой светящейся мошкары,
встаю и гляжу из окошка своей норы. Приснится же – "офис", "соцсети". Да чтоб я сдох!
Родное болото вокруг, и грибы, и мох, сверчки и цикады поют под окном в кусте,
гнилушки уютно светятся в темноте! На арфе играет, мне слышится, слуа ши;
в болоте плескаются гоблинов малыши, в лесу далеко под гитару поет баньши –
про воинов павших и про упокой души. Вон, старый дракон прилег отдохнуть на луг,
и феи идут хороводами в ведьмин круг, и жизнь моя – сотня прекрасных волшебных "вдруг".

И нет, б***ь, людей на тысячу миль вокруг!!!
(с)kladbische

@темы: kladbische, Стихи

03:00 

Предохранитель

У меня есть ангел-предохранитель.

Каждый раз он советует мне: "Остынь. Да какой из тебя, извини, воитель. Ты не любишь себя? Ну, давай, - простынь! Простудись! Можно будет лизать варенье... Можно будет лежать и читать, читать... У тебя же отличное настроенье. У тебя же отличный диван-кровать! У тебя интернет, у тебя работа, у тебя же девушка, идиот!"
Только если подступит... Оно как рвота, стартовавшая после парада рвот.

Я сдвигаю ангела вниз, направо. Ангел щелкает.
Молча взведу курок.
Вспоминаю патрон.

Иногда кроваво.
Иногда получается между строк.
Прагматизм стирает.
Цинизм увечит.
Мизантропия дробью летит в толпу.
Реализмы дают дофига осечек,
Но зато попадают по существу.
Анекдоты всегда задевают ноги,
Размышления - мой веселящий газ,
Разрывные - тяжелые монологи.
В кобуре - один. Для себя. Запас.

Через круг прицела кругом - мишени.

Тут такой хитрожопый иньянь-женьшень - спусковому крючку не до прегрешений.
Понимаешь, мой ангел,
я сам - мишень.
(с) Арчет

@темы: Стихи

02:57 

Да, это больно. Да, это очень больно. Это костры французов в первопрестольной, это с церквей летящие колокольни, над Хиросимой – ядерная зима. Да, это страшно. Да, это очень страшно. Это сегодняшний день обогнал вчерашний, так в заключенных стреляет дозорный с башни, чтобы проверить, не сломан ли автомат. Да, это жутко. Да, это очень жутко. Так в остановку на скорости мчит маршрутка, это не черный юмор, а злая шутка, кем-то сто раз просчитанная в ночи. Это тяжелый, в спину летящий камень, как сопромат в обложке от Мураками, это как «no comment» и «no coming».
Это слова.
Пожалуйста, помолчи.
Просто сейчас я встану, вдохну три раза, /глаза б не смотрели, да чувствую третьим глазом/, я удалю все лишние сны и фразы, чтобы по жизни – весело, налегке. Дворцы и соборы сеткой опять закрою, а то, что разрушено – вылечим и отстроим, у нас – исторически – просто страна героев, нам не в новинку – замки да на песке.
Как на экзамене: ты провалился – выбыл, сам виноват – наделал, дурак, ошибок, да, а еще я хотела сказать спасибо за пресловутое «как закалялась сталь». Это цинично, неправильно, как обычно, это лисички над волнами держат спички, море горит – так странно и так привычно, что надоело…
Пожалуйста, перестань.
(с) Кот Басё

@темы: Кот Басё, Стихи

02:57 

Это, верно, черт начинает счет,
Перекрестьем гор разделяя нас.
Мы с тобой действительно ни при чем.
Двое суток врозь – такова цена.
Двое суток без. Понимаешь, бес?
Не сойти с ума, не найти покой.
Потому что там, за горами, лес.
Этот лес действительно далеко.
А за лесом даль, синева листа,
Корабли идут, не боятся волн.
Там и ночь светла, только ты устал,
И тебя не радует ничего.
Столько звезд вокруг – даже ветер стих,
Словно мир вот-вот остановит бег...

Свет очей моих, боль ночей моих,
Я все время думаю о тебе
(с) Кот Басё

@темы: Кот Басё, Стихи

02:56 

Я не звала вас, сударь. Не надо паник.
И не ищите знаков больших и малых .
Вас не пытались вспомнить, поскольку память
больше не держит тех, от кого устала.
Будьте спокойны, сударь, идите мимо,
Сударь, идите лесом, полночным часом…
Я не звала вас. Я не звала вас, милый.
Вы не нужны, поскольку не сопричастны.
(с) Кот Басё

@темы: Кот Басё, Стихи

02:55 

Муттер и Фатер гордятся Отто. Рост за два метра, глаза как сталь,
Тело, осанка, манеры - что ты, впору сниматься у Риффеншталь.
Он побеждает на скачках конских, Вагнера темы поёт на бис,
Даже стреляет по-македонски. Белая бестия, as it is.

Но каждую ночь
из тумана глядя
чёрными дырами мёртвых глаз
Отто является фройлян Надя в платье сатиновом.

Был приказ -
Каждый изловленный партизайне должен висеть на суку. И вот,
Отто с улыбкой "Jedem das seine" пойманных русских к допросу ждёт.
В двери Надежду впихнули грубо. Отто глядит на неё свысока.
Наде семнадцать, разбиты губы, кровь на сатине, в глазах тоска.
Делу, увы, не помочь слезами.
Слышно - солдаты копают рвы.
Отто вздыхает - йедем дас зайне. Милая фройлян, мне жаль, увы.

Вдруг исчезает тоска во взгляде, зал погрузился на миг во тьму.
Прыгнув, на Отто повисла Надя, в ухо гадюкой шипит ему:
"Что, офицер, не боишься мести? Нынче я стану твоей судьбой.
Мы теперь будем цузаммен, вместе. Слышишь? Отныне навек с тобой."

Надю за волосы тащат к вязу, в бабушкин, с детства знакомый, двор,
Где ожидает, к суку привязан, быстрый верёвочный приговор.
"Шнапсу бы... Водки бы... Не иначе - стопку с товарищем вечерком".
Отто стирает рукой дрожащей Надину кровь со щеки платком.

Водка ли, шнапс ли, исповедальня – всё бесполезно. Опять в ночи
Надя из курской деревни дальней смотрит на Отто, а он молчит.
Наденька шепчет "Jedem das seine!". Отто хрипит, воздух ловит ртом.
Дойче овчарка глядит на хозяина, длинным виляет, скуля, хвостом.
Был же приказ и была задача... Йедем дас зайне. В окне рассвет
Надя уходит. А Отто плачет
Семьдесят долгих кошмарных лет.
(с) лжеюзер kladbische

@темы: kladbische, Стихи

02:54 

Говорят, если ты городской, то к лесным созданиям
Не ходи, не ломись без причины в густые заросли.
Город ставит стальное клеймо на твое сознание,
Плоть от плоти его, ты не сможешь убраться запросто.
Но я все же рискнул и пришел на опушку вечером.
Я к лесному порогу прибился, пропахнув ржавчиной,
За спиной моей город стоит, тянет шпили к вечности,
И я тоже стою, все корявей, смешнее и жальче, и
черт бы знал, как еще. Только лес не махнет и веткою,
И, ощерившись иглами, ставят заслон растения.
Мол, зачем ты пришел, здесь не место для исковерканных,
Искаженных дыханием огненным при рождении.
В горле сухо и жжет, словно ел цементное крошево,
Ни тебе закричать, ни у леса пропуска вымолить.
Только ты появляешься разом в плаще поношенном,
Словно тело твое ниоткуда вдруг боги вынули.
Я стою, не дыша, безъязыкий и очарованный,
Ты идешь мне навстречу, неспешно, походкой гордою.
И над нами небо, а небо такое огромное,
Вдруг оно нас укроет от ревности леса с городом.
***
…а когда мы сходимся, расцветают
все цветы с рекламных щитов и вывесок,
мне тебя по-прежнему не хватает,
мне тебя так мало, так, что не вынести.
лес шумит над нами и стонет страшно,
и с тобой не хочет мой город знаться, но
твой вьюнок змеей оплел телебашню,
на ветвях деревьев иллюминация.
я все это знаю и все - не вижу,
вижу только глаза и небо, такое низкое,
только ты все ближе, все ближе, ближе,
как дышать-то, боже, когда ты близко так?
и меж нами… нет ничего меж нами,
мы сплетаем пальцы, мешаем выдохи,
лес сжирает города злое пламя,
раздирают город деревья-выродки,
но молчат сирены, и стылый воздух,
режет крик, протяжный, безумный, жертвенный.

мы лежим, под веками гаснут звезды.
небо слепо щупает луч прожектора.
***

Да, конечно, я не останусь, ты не уйдешь.
Но попробовать встретиться – наше святое право.
Посмотри, как город ласкает рассветный дождь,
Как целует вода разогретые нами травы.
Вот опушка, пересечение всех дорог
От тебя до меня и обратно, от леса к вышкам,
Здесь останется точка слияния тех миров,
Из которых мы чудом, на ощупь сегодня вышли.
Ухожу с легким сердцем, ботинки смочив в росе,
Унося за плечами свободу от всех запретов.
Я надеюсь, что снова приду под лесную сень,
И ты будешь меня поджидать. Будем верить в это.

(с) Графит

@темы: Графит, Стихи

02:54 

Я слыхал от людей,
дед Ковыкча из Каменной Балки
в пору юности был необуздан, силен и смешлив.
Даже в драке смеялся. Порой, увернувшись от палки,
Он насвистывал простенький, радостный, птичий мотив.
А потом перестал и свистеть, и смеяться напрасно.
Стал угрюмым, как сыч, бородой и гордыней оброс.
Дом отстроил, женился, хозяйство поставил прекрасно
И дожил, уважаемый всеми, до белых волос.
А под старость свихнулся.
просиживал днями в сарае,
Без жены и детей, не желая встречаться ни с кем.
А пытались войти - рявкал так, что они замирали,
Знать, Ковыкча домашних сурово держал в кулаке.
А потом всё открылось. И этой невиданной былью
Поделились со мною в селе, где чудил наш герой.
Дед Ковыкча из дерева выточил пестрые крылья
И с обрыва шагнул, распевая, осенней порой.

Я слыхал и другое.
Ли Сунь был талантливым с детства.
Собирал, словно четки, слова, завивал их жгутом.
А потом он подрос и нашел в канцелярии место.
В господине степенном его не узнал бы никто.
Но однажды, в летах, спутав жизнь и дурманную небыль,
Ли решил, что остаться чиновником он не готов.
Он по крыше прошел
и шагнул в необъятное небо,
Зажимая в руке старый свиток в узорах стихов.

А еще говорят,
Франсуа, менестрель говорливый,
Чьи поэмы девиц и матрон приводили в экстаз,
Разжиревший с годами, одышливый, вредный, брюзгливый,
Просто взял и исчез. И следов не нашли и сейчас.

Так бывает всегда.
Хоть зимой, хоть засушливым летом.
Несмотря на регалии, семьи и славу имен.
Как бы жизнь ни прожить,
Но поэт умирает поэтом.
И уходит бродить по мирам до скончанья времен.

Сколько было и будет простившихся с жизнью привычной,
Уходивших на облачный мост в позолоте с утра?
Я смотрю в небеса.
Вижу Ли, Франсуа и Ковыкчу.
И, губу закусив, не решаюсь спросить их: пора?..

(с) Графит

@темы: Графит, Стихи

02:53 

Зима

Выходишь с утра и видишь – зима. Зима,
замерзшие пальцы, гудки в телефонной трубке,
дорожные пробки, троллейбусы и маршрутки,
машины, выдыхающие туман.
Бесцветное небо, застывшее, как вода,
присутствие снега, отсутствие абонента,
и дым над городом тянется, словно лента,
вплетенная в бесконечные провода.
Дома состоят из каменных серых плит,
живые и мертвые, мертвые и живые,
и люди, как собаки сторожевые,
от голода сорвавшиеся с цепи.
(с) Кот Басё

@темы: Кот Басё, Стихи

02:52 

Никто никому не нужен,
поскольку до капли выпит.
Становится слишком душно
и хочется окна выбить,
чтоб выйти за рамки фальши,
сквозящей в случайных взглядах…
Я знаю, что будет дальше.
Не надо.
(с) Кот Басё

@темы: Кот Басё, Стихи

02:42 

Добру и злу дано всегда сражаться.
И в вечной битве зло сильнее тем,
Что средства для добра не все годятся,
Меж тем, как зло не брезгует ничем
(с)

@темы: Поиск Автора, Стихи

01:38 

01:35 

Этот пьет, а этот курит,
Этот ловит кайф от дури.
В общем, среди тысяч улиц
Ты совсем-совсем один.

И у каждого работа,
Дети, церковь по субботам,
Точный график из весомых
Отработанных причин.

Так привычно среди дремы,
В состоянии истомы,
Рассекать прохожих телом,
Пролетая меж толпой.

Кто кого толкнул-не важно.
По асфальту шагом влажным
Измеряем киллометры
Непустивших на постой.

Путник, житель ли столицы,
Вечер скроет ваши лица.
Безнадежностью бетона,
Серым встретит голоса.

Возвращаются с работы
Те кто спросит чуждо: Кто ты?
Но не важно. Оставайся.
Чтоб не мок. Идет гроза.

(с) OrangeLaught

@темы: OrangeLaught, Стихи

01:32 

Песнь Прощение

Навеяно одноименным стихом В.Д.
_доработка_

Под тяжестью века мне лучше лежать,
Ведь все-таки я мертвец.
И пахнет гнилью острог. Не снять
Ржавый доспех – дворец.
Снаружи веют другие ветра
Не помнят они моих.
А мертвое знамя укрыло меня.
Давит гранитный верх.
Улыбкой скалюсь – приди мой враг!
Отметим же твой успех.
Бояться нечего, сбылся страх,
Что ты пережил нас всех.
Я был последним, кто шел за тобой,
Забыв про сладость сна.
В нелепой схватке любовь и боль…-
Вся жизнь стороной прошла.
«Умей прощать», говорили мне.
«Иначе с судьбой не играть».
Но воина честь не цена в игре.
Как пить? Как любить? Как лгать?
Мой склеп надежен, словно тюрьма.
И кладке износа нет…
Ни чуть не жалею, что жизнь одна,
Что в склеп не пробьется свет.
Лет вереница, червей приплод –
Что лучше считать, как знать?
Скрипнула дверь, как армейский склот-
Неужто пришли поминать?!!!
Любимый враг, ты, иль не ты?
Почему мне, скажи, не встать?
«Прости», и на грудь мне легли цветы.
«Прости, и спокойно спать!
Я – тот, кто сумел пережить вас всех.
Теперь я умею прощать.
Слышишь, как будто без смеха смех –
В твой склеп я пришел умирать».
Осколки чести и павшим знак.
Одуряюще пахнут цветы.
Прогнили столбы, мой любимый враг,
Выдержишь тяжесть плиты?
Под грудою их нам лучше лежать,
Ведь все-таки мы мертвецы.
Спасибо, мой враг, так спокойнее спать.
Так, удачной же нам зимы!

(с) Windy

@темы: Стихи

главная